September 19th, 2010

vegas

День из жизни

Вчера был день... Больше, чем жизнь.
Начиная с поездки в аэропорт. Концентрация жизни в немного более upscale version, чем вокзал. Прибытие, убытие, встречи, нетерпеливо закусанная губа, слезы, цветы. ожидание, высматривание знакомого лица с толпе, безразличие, облегчение, усталость, и счастье от того, что любимый человек оказался на расстоянии прикосновения губ.
Ботсад осенью. Он еще не решился войти в осень. Он еще неуверено топчется на пороге. Еще цветут розы. Еще листья зелены и многочисленны. Но воздух уже не изменишь. И каштаны глухо падают на влажную землю. Боярышник  сочен и ярок. 
По дороге все желтое. Желтая плитка на тротуаре. Желтый дом. Желтые листья под ногами. И вдруг в парке зима. Снимают кино. Сугробы снега. Деревья в изморозе. Скамейка облеплена снегом. Милиционер называет это тренировкой к зиме.
А потом дом, удивительный дом на Ярослава Вал. О нем нужно писать отдельный пост. Полный вынос мозга. Изразцовые камины. Голубая комната в круглой башне.Туда могла бы приходить Маргарита. Там могли бы рождаться дети, женщины могли перерезать себе вены в ванной в коридоре, там можно спиваться, писать картины и взлетать над городом на крыльях из бумаги. Там странно и страшно. Там красиво и уродливо. Там так, как не бывает в мире.
Потом был театр. Но не стандартный театр, где все сидят в плюшевых креслах. Там все иначе. Под потолком летят вышитые сорочки из которых тело улетело. А вышитая сорочка осталась. Красные ленты. Большие хлеба с изюмом подвешены в воздухе на тех же лентах. Дубовые листья. Серебрянные ангелы ходят по черным стенам. Вчера там показывали украинские свадебные обрядовые песни. Очень аутентично. Вышитая, тканная одежда с 19-го века. И еще дивные сдобные булочки с творогом. Мягчайшие, пахнущие ванилью до такой степени, что твои пальцы начинают ванилеветь. Удивительным образом все вокруг разговаривает с тобой - тобой где-то очень глубоко внутри, что-то прадавнее, что-то, что прячется за цивилизацией. Внутреннее украинство и одновременная сопричастность ко всему миру.
А вечер закончился нежнейшей паэльей. Кремовой, успокаивающей, соединяющей землю риса с морем мидий. Шафран на языке. Но это было только начало. А потом последовал лучший, лучший, лучшайший мохито в моей жизни. Целое 3-литровое ведерко. Вот если вино может тянуть в размышления или созерцание, то мохито тянет в радость. В улыбку и танцы. В смех до слез. (правда, тут помогает, когда А. начинает  шевелить ушами. Тут у меня начинается просто истерика). За столом можно говорить о мечте, о горах, о поездках. О счастье говорить не надо. Оно просто есть тут, вокруг, в воздухе, в мохито, в друзьях за столом.