January 15th, 2010

vegas

Inglorious Basterds (Бесславные ублюдки)

Когда этот фильм только вышел на экраны, я была в Каннах. И нашла, что делать в этом городе, кроме как смотреть фильм Тарантино (наконец-то поговорила с Л.). Но когда фильм показывали в нашем универе, не пойти было грех.
Очередной раз поняла, что не люблю я Тарантино. С любой темы он умудряется сделать комикс и вестерн. От количества крови сначала тошнит. Потом ты перестаешь обращать внимание. А когда в кинотетре всех растреливают, то эмоций ровно столько же, как при отбивании свинины на отбивную.
Подумалось несколько мыслей. Насколько мы привыкли в советской киноиндустрии видеть немцев или тупыми идиотами, или оконченными извергами. В этом фильме немцы вызывают уважение. Логикой, профессионализмом, знанием языков. В какой-то момент ты видишь не нациста, застрелившего 300 американцев, а профессионального снайпера, уничтожившего 300 противников. И это у меня, воспитанного на нелюбви к фашистам. А в фильме почему-то замечаешь, что смеешься там, где смеятся нельзя, нельзя, нельзя. И что восхищаешься игрой негативных героев (кстати, не я одна, Кристоф Вальц, который сыграл штандартерфюрера Ланда, получил награду Канского кинофестиваля как лучший актер)
А вторая мысль о месте кино в истории. Начиная с того, что мы привыкли видеть евреев в качестве жертв Холокоста. Или на крайний случай поднимающих восстание в варшавском гетто. Но явно не снимающих скальпы. И о том, как все фильмы о Холокосте формируют общественное мнение, уменьшают антисемитизм и в конфликте между Израилем и Палестиной склоняют вас на сторону Израиля (скажите, когда вы видели последний раз фильм о страданиях палестинского народа?) И о том, как кино становится орудием пропаганды со всех сторон. Понятно, что Тарантино довел все до экстрима - и все действующие лица либо актеры, либо пишут о кино, либо работают в кинотеатре. Ну, и самое главное дейтсвие, операция Кино, происходит... в кино.
А третья мысль была о том, как могла сложится по-другому история. И  почему война шла так, как она шла. И что бы произошло, если бы одно из покушений на Гитлера оказалось бы успешным. Может все бы пошло по-другому.